Единственный способ определить границы возможного - выйти за эти границы.
Артур Кларк
—айт дл¤ девушек  бесплатные онлайн тесты  онлайн тесты бесплатно 
Мир Тестов       Цитаты         

Шефтсбери Энтони Купер

Дата публикации: 2011-10-05 02:03:00

Шефтсбери Энтони Купер, английский политический деятель, философ, граф. Родился в Лондоне в богатой аристократической семье. Получил прекрасное домашнее образования, которым на завершающем этапе руководил Д. Локк, учился в Англии, Франции, Италии и Германии. В 1695—1698 гг. Шефтсбери был членом палаты общин, с 1699 г. — член палаты лордов. Политические и общественные идеалы во многом совпадали с партией вигов. Шефтсбери был одним из первых, кто выразил основные идеи Просвещения, видя в человеческом разуме единственный критерий истины. На историю человеческого общества смотрел с оптимизмом, а его самое воспринимал как частицу Космоса с единым, благим и невыразимо прекрасным первоисточником, который требует от человека лишь естественности и разумной упорядоченности бытия. Сущностью нравственности считал гармоничное сочетание индивидуального и общественного. Умер Шефтсбери в Неаполе; его учение было развито Д. Юмом и оказало влияние на взгляды Д. Дидро, И. Гёте, И. Шиллера и И. Фихте.


Цитаты:


  • Теперь любят немедленно выбирать свою сторону. Не могут выносить неопределенности, и расследование — мучительно. Хотят избавиться от него как можно скорее. Людям словно кажется, что они тонут, как только они осмеливаются довериться течению мысли. Им кажется, что их куда-то уносит, и они готовы уцепиться — как можно поспешнее — за первую попавшуюся ветку. И на ней предпочитают повиснуть, хотя бы и с опасностью для жизни, но только не держаться на поверхности воды, доверившись своим силам. Удовлетворен тот, кто ухватился за какую-нибудь гипотезу, какой бы легковесной она ни была. Тогда уже он может, не задумываясь, отвечать без труда на любое возражение и, пользуясь немногими терминами, без труда даст отчет обо всем на свете.
  • Нет никакого творения духа, которое можно было бы считать совершенным, если нет смелой и твердой руки, придающей ему вещественную форму и пропорции.  
  • Ничем мы так не оскорбляем истину, как чрезмерным обнажением ее в известных случаях. С разумом — то же самое, что и с глазами: для вещи такого-то размера и для такого-то фасона нужно столько-то света, а не больше. Всякая чрезмерность вносит неясность и мрак
  • . Странно представить, чтобы война, самое дикое, что только есть, была страстью наиболее героических душ. Героизм и человеколюбие — почти одно и то же. Но стоит чувству этому немного сбиться с пути, и любящий человечество герой превращается в свирепого безумца: освободитель и хранитель делается притеснителем и разрушителем.
  • Чтобы какая-либо страсть была изображена приемлемым образом, необходима видимость действительности, — чтобы тронуть души других, нам самим надлежит быть растроганными или же казаться таковыми на каких-либо вероятных основаниях.
  • Нет картины более несообразной, чем палач и гаер на одной и той же сцене. И однако, убежден, что это очевидный образ известных современных фанатиков в их обращенных друг против друга писаниях. Их сочинения отличаются тем же изяществом, что игры детей, капризных и переменчивых в своем настроении, которые в одну и ту же минуту хнычут и резвятся и почти в один и тот же миг могут смеяться и плакать. Нет ничего более привычного, чем рассуждать о человеке в его едином государстве и национальных отношениях, поскольку ведь он связан с тем или иным обществом по рождению или натурализовался в нем; но вот рассматривать его как гражданина мира, как жителя единого мира, проследить его родословную чуть глубже и увидеть основание и предназначение его в самой природе — это может показаться каким-то замысловатым и чрезмерно утонченным рассуждением.
  • Если люди терпят разговоры о своих пороках — это лучший признак того, что они исправляются.  
  • Любить общество, стремиться к благу вселенной и способствовать интересам всего мира, насколько то в наших силах, — это верх добродетели и составляет то настроение духа, которое мы называем божественным.
  • Людей порочных, наглых, дерзких исправят власти, но людей, дурно рассуждающих, только сам рассудок может научить лучшему.
  • Мы можем иметь прекрасный вкус в музыке, но можем не уметь исполнять ее, мы можем хорошо судить о поэзии, не будучи поэтами и ничуть не обладая поэтической жилкой, но мы не можем иметь сносного понятия о благости, не будучи сносно добрыми.
  • Накладывать краски, рисовать или же описывать — вопреки тому, как являются нам природа и правда, — это также свобода, которая никогда не будет дозволена художнику или поэту. Тем более лишен этой привилегии философ, особенно в своих собственных делах
  • Наши современные остроумцы воодушевляются благодаря тому высокому мнению, которое они составляют о своем обществе, и тому представлению, которое создали о лицах, к кому они обращаются со своими ухаживаниями.
  • Единственный способ спасти человеческое здравомыслие и сохранить разумность в мире — это дать свободу острому уму. Однако никогда не будет свободен острый ум там, где отнята свобода для насмешек, ибо против серьезных странностей и сплина и других подобных настроений есть только одно лекарство — насмешки.  
  • Если есть Всеобщий Ум — а у него не может быть частных интересов, — то всеобщее благо, или благо целого, и его собственное благо — по необходимости одно и то же. Он не может стремиться ни к чему помимо целого и ни к чему по ту сторону целого и не может быть побужден ни к чему противному себе.
Связаться с разработчиком  Связаться с разработчиком 

Дизайн сайта:dim3d@mail.ru
Copyright © 2016 MirTestoff.ru
  Карта сайта